Главная Они оставили след в истории Одессы

Шустов

Шустовы – купцы, предприниматели, владельцы крупнейшего производства алкогольной продукции в Российской империи в кон. XIX – нач. XX вв.
Кто на необъятных просторах Государства Российского не знал этой фамилии, не определял по золотому колоколу на этикетке знаменитые напитки? Откуда же начала свою историю алкогольная империя Шустовых?

Род московских купцов, а потом и одесских предпринимателей, Шустовых берет начало от вольноотпущенного генералом Л.Д. Измайловым крепостного крестьянина села Дединово Зарайского уезда Рязанской губернии (ныне Московской обл.) Леонтия, сына Архипова, взявшего по выходу на волю фамилию по деревенскому прозвищу Шуст (шуст – металлический прут с раздвоенными лапками-концами для чистки ружья).
Шустов Леонтий Архипович в 1802 году поселился в Москве, служил дьячком в церкви Николая Чудотворца в Кошелях на Пресне, женился на купеческой дочке и записался в третью купеческую гильдию. Леонтий Шустов славился своим страстным увлечением к собиранию рецептов (предписаний) старинных русских наливок и настоек, коих во множестве сохранилось в монастырях и у рачительных хозяек; изготовлял их, совершенствовал, изобретал сам. Толстые книги с рецептами и стали главным его наследством подросшему сыну Николаю, будущему основателю Товарищества “Н.Л. Шустов с сыновьями”.
Шустов Николай Леонтьевич (1813–1898) в 1863 году, после рождения сыновей Николая и Владимира, на скопленные средства устроил в бывшей кузне на Маросейке небольшой винокуренный заводик (один перегонный куб, трое рабочих, склад для хранения пшеницы) и создал торгово-промышленную компанию.

 

Купец второй гильдии Николай Шустов подошел к начатому делу серьезно; поставив задачу выпускать только высококачественные напитки, поднимался, не в пример многим недобросовестным скоробогатеям-водочникам, постепенно. Только через два года он смог перевести завод на Мясницкую улицу в помещение попросторнее, а через 15 лет, в 1880 году, Шустовы заняли под завод участок на Большой Садовой, открыли в крупных городах страны свои представительства, склады и магазины.
Поднимались Шустовы не только благодаря отменному качеству товара, но и благодаря хитроумной рекламе. Так в 1864 году, через год после открытия винокуренного завода еще на Маросейке, популярная газета “Московские ведомости” перепечатала акт, составленный частным приставом московской полиции: “…Сего 1864 года, октября месяца, 13-го числа въ трактире «Испанiя» былъ задержанъ городовымъ Алексеевымъ Петромъ и препровожденъ въ 8-й околотокъ студентъ Московской коммерческой академiи Пращевскiй Петръ. Сей молодой человекъ, 22 летъ отъ роду, обвиняется въ томъ, что онъ, будучи въ нетрезвомъ состоянiи, зашелъ въ трактиръ и потребовалъ отъ полового принести ему бутылку шустовской водки. Половой, Андрей Смирновъ, сказалъ, что таковой водки сейчасъ нету и предложилъ принести другую, на что Пращевскiй началъ ругаться и ударилъ Андрея Смирнова по лицу, после чего былъ схваченъ подоспевшимъ городовымъ и препровожденъ въ околотокъ. На вопросъ о причине драки студентъ Пращевскiй заявилъ, что былъ рассерженъ обманомъ вывески трактира, на которой было написано, что это одно из лучшiхъ заведенiй въ городе, въ то время какъ заведенiе, въ которомъ не подаютъ шустовскую водку, которую онъ, Пращевскiй, считаетъ лучшей водкой въ мiре, никакъ не можетъ считаться лучшимъ. Въ соответствiи съ уложенiемъ о гражданскiхъ наказанiяхъ на студента Пращевского Петра былъ наложенъ штрафъ 3 рубля въ пользу Смирнова Андрея. Студентъ Пращевскiй былъ освобожденъ изъ-подъ стражи подъ поручительство Тихомiрова Ивана 14-го октября 1864 года, состоящего приказчикомъ при торговомъ доме «Шустовъ и сыновья». Темъ же Тихомiровымъ Иваномъ были оплачены штрафныя счета, наложенныя на Пращевского”. О подобных скандальных происшествиях с завидным постоянством стали сообщать другие газеты столицы. Причем каждый раз шустовскую “лучшую водку в мире” требовали в дорогих трактирах студенты, а за мордобой и разбитую посуду штрафы оплачивали приказчики Николая Леонтьевича Шустова. Вскоре в меню трактиров-ресторанов появилась “шустовская водка”, а посетители, они же – читатели газет, утвердились во мнении, что если не в мире, то в России она точно – лучшая. (Кстати, сегодняшняя водка – разбавленный этиловый спирт – очень уж далекая родня “хлебному вину” Шустовых).
Шустовы первыми использовали торговый знак (логотип) – фирменный колокол, который непременно присутствовал на этикетке. По заказам Шустовых работали известные художники России, разрабатывали бутылки и этикетки. Шустовы использовали оригинальную и легко узнаваемую упаковку (даже сейчас, при развитии полиграфии и искусства дизайна, есть чему поучиться у купцов Шустовых). Хваленки, как тогда называли рекламу, взывали к потребителю не только со страниц газет и обложки каждого номера популярного журнала “Нива”, но и, что было новинкой в России, с бортов извозчичьих пролеток, дилижансов, пароходов, конок, а вскоре и первых трамваев. А какие необычные бутылки заказывали Шустовы стеклодувам; к празднику – 100-летие со дня рождения А.С. Пушкина – заказали выдуть фигурку поэта в цилиндре, служившем пробкой. А на этикетке с неизменным фирменным знаком – золотым колоколом – красивым шрифтом были набраны стихи юбиляра:

Я люблю веселый пир,
Где веселье председатель,
А свобода, мой кумир,
За столом законодатель.
Где до утра слово пей!
Заглушают крики песен.
Где просторен круг друзей,
А кружок бутылок тесен.

Кто ж, выпив чудесный ликер до дна, выбросит такой памятный сувенир? У многих долгие годы изящная статуэтка украшала домашние буфеты, “горки”, комоды.

     
   

В 1896 году продукция фирмы Эза превосходное качество ликеров, могущих вполне успешно конкурировать с заграничнымиЭ, была удостоена Золотой медали на Нижегородской ярмарке. В этом же году компания была преобразована в паевое Товарищество “Н.Л. Шустов с сыновьями”.

Возглавил фирму Шустов Николай Николаевич (1856(?)–1917) – старший сын Николая Леонтьевича, в состав правления вошли братья Павел, Сергей, Василий (брат Владимир умер в 1883 г.).

Каждый контролировал какую-либо часть семейного дела. Жизнь братьев проходила в постоянных разъездах – огромное производство нуждалось в хозяйском догляде.
В 1899 году братья Шустовы приобрели в Ереване у купца первой гильдии Нерсеса Таирянца коньячный завод. (Идею открыть винно-водочный комбинат Нерсесу Таирянцу подал его кузен, Василий Таиров, известный в Одессе ученый-винодел и редактор-издатель журнала “Вестник виноделия”, а построить завод Таирянцу помог художник Иван Айвазовский, в 1877 г. Таирянц начал производство вина, а спустя десять лет – коньяка). Выкурка коньячных спиртов и изготовление коньяка на шустовском заводе в Армении производились по классической французской технологии, предприятие было оборудовано двумя коньячными аппаратами шарантского типа и имело соответствующие помещения для выдержки коньячных спиртов в специальных условиях.
Шустов Василий Николаевич, узнав, что Ереван остро нуждается в больнице, а власти дальше обещаний не идут, решил подарить под ее строительство земельный участок. Но, недоверчивый к чиновникам, оговорил жесткое условие. Газета “Эриванские объявления” известила о том горожан: “«В.Н. Шустов и Ко», имея в виду, что город ищет постоянное место для постройки здания городской больницы, принесли в дар городу принадлежавший им участок земли, находящийся на Астафьевской улице, чтобы город в продолжении трех лет построил здание городской больницы, в противном случае участок опять станет собственностью товарищества”. Условие было выговорено для того, чтобы город поспешил с постройкой больницы. Город, приняв дар, выразил благодарность Товариществу и учредил в больнице одну бесплатную кровать имени В.Н. Шустова.
В 1899 г. Шустовы приобрели еще два винокуренных завода – в Одессе (на ул. Мельницкой) и Кишиневе, преобразовав их в коньячные. В Одессе янтарный напиток выдерживался в дубовых бочках в знаменитых катакомбах – бывших каменоломнях. На предприятиях Шустовых зарплата рабочих была вполне приличной и выплачивалась вовремя, на заводе в Одессе действовала больничная касса (на предприятии трудилось 80 человек).

В 1900 г. Шустовы представили образцы своего коньяка на Всемирную выставку в Париже, там по итогам слепой дегустации шустовскому коньяку “Фин-Шампань Отборный” был единодушно присужден Гран-при.

В начале 20-го века “русские коньяки Шустова” получили более трех десятков медалей на выставках в Турине, Нью-Йорке, Милане, Лондоне, Льеже, Глазго, Бордо, Амстердаме, Антверпене и Новом Орлеане. Шустовыми открывались торговые представительства в крупнейших городах мира.
При содействии братьев Шустовых в 1905 г. в Одессе, чтобы соединить практическое виноделие с достижениями науки и пропагандировать культурное питие, открылась станция виноградарей и виноделов. Возглавил первую в России научно-опытную винодельческую станцию ученый В.Е. Таиров. Учреждение издавало книги, брошюры, справочники по виноделию, готовило специалистов-виноделов. За научную и научно-популяризаторскую деятельность одесская винодельческая станция в 1906 г. на Миланской международной выставке была награждена Золотой медалью.
В 1912 г. Товарищество “Л.Н. Шустов с сыновьями” стало Поставщиком двора Его Императорского Величества Николая II.
50-летие компания торжественно отпраздновала в 1913 г. О могуществе фирмы красноречиво говорили следующие факты:
Годовой оборот – 10 млн. руб.
Стоимость активов – 6 млн. руб.
Количество строений в Москве – 40
Торговые дома по всей Европе
Производство коньяков – 4-е место в мире
Производство ликеров и наливок – 1-е место в мире
К 1914 году Шустовы контролировали 30% алкогольного производства в Российской империи и 44% алкогольного экспорта. Суммарный оборот одних только коньячных заводов составлял более 2-х млн. рублей серебром в год:
Ереванский завод – 1 млн. 200 тыс. руб.;
Одесский завод – 700 тыс. руб.;
Кишиневский завод – 400 тыс. руб.
Еще большие доходы Шустовы получали от производства водок и настоек, среди которых были фирменные шустовские “Зубровка”, “Спотыкач”, “Запеканка”, “Ерофеич”, “Рижский бальзам”, “Нектарин”, “Рябина на коньяке”, “Мандариновая”, “Кавказский горный травник”. Шустовская водка, полученная перегонкой из пшеницы или ржи, но многократно очищенная через березовый уголь, по спросу побила и дешевую водку Кокорева, и дорогую – братьев Тимофеевских.

 

Приготовленные на шустовской чистой водке настойки на травах и корешках, “сладкие водочки” – наливочки из ягод и фруктов в сравнении с заграничными ликерами (спирт, сахарный сироп, эссенции) по праву считались “пользительными для здоровья”. (Отсюда популярное в народе – “Не пьем, а лечимся!”).
С началом действия сухого закона деятельность шустовских заводов пошла на спад, в частности, летом 1914 года был закрыт Одесский коньячный завод.
В годы Первой Мировой войны Шустовы построили “непрофильный” завод по производству средств химической и бактериологической защиты.
После Октябрьской революции заводы Шустовых были национализированы декретом большевистского правительства. С приходом новой власти Шустовы за границу не уехали.

Шустов Павел Николаевич писал научные и научно-популярные книги по виноделию, делясь шустовскими секретами для сохранения отечественной школы виноделия, в 1927 г. выпустил книгу “Виноградные вина, коньяки, водки и минеральные воды”.

Шустов Сергей Николаевич работал в Центральном союзе потребительской кооперации, отвечал за качество выпускаемой алкогольной продукции, в том числе прославленных коньяков, участвовал в создании их классификации по годам выдержки: скромный трехлетний, самый дешевый – “три звездочки”; марочный, пятилетней выдержки – “пять звездочек”; КВ – коньяк выдержанный, 6-7 лет; КВВК – коньяк выдержанный высшего качества, 8-10 лет, крепостью 45 градусов; КС – коньяк старый, более 10 лет хранения, крепостью 43 градуса; и наконец ОС – очень старый, более опять-таки 10 лет выдержки.
В советские времена фамилия Шустовых официально упоминалась только в личной переписке Уинстона Черчилля. Черчилль, который, как известно, всем напиткам предпочитал армянский коньяк, не упускал случая подразнить советскую власть, упорно заказывая себе шустовский. Коньяк для него, в самом деле, брали из особой бочки, заложенной на ереванском заводе еще Шустовыми. Но во всех сопроводительных документах советская власть упрямо поправляла Черчилля: “бывший шустовский”.
В дни обороны Одессы от фашистов бывший коньячный завод Шустовых снабжал войска медицинским спиртом и готовил бутылки с горючей спиртовой смесью. В день отхода наших войск все запасы бесценного коньяка были слиты в землю, пустые дубовые бочки румыны-оккупанты вывезли к себе. После освобождения Одессы Румынию заставили вернуть эшелон с дубовыми бочками, началось восстановление завода. Уже в 1947 г. была выпущена первая партия “трехзвездочного”. Сегодня Одесскому коньячному заводу принадлежит торговая марка “Шустов”, предприятие обладает значительными площадями собственных элитных виноградников (около 1000 га) и старейшим парком бочек (15 тыс.шт.).
Само имя – Шустовы не дадут забыть классики литературы. У И. Бунина в “Темных аллеях” герои в московском ресторане “Прага” просят подать коньяк Шустова “с колоколом”, в “Святом колодце” В. Катаева герои встречают Пасху за столом с крашеными яйцами, окороком и бутылкой малиновой наливки братьев Шустовых.

А среди нынешних любителей коньяка до сих пор в ходу давняя хваленка в стихах:

Чтобы жить беспечно и красиво,
Чтобы ключ здоровья не иссяк,
Нужно пить не мюнхенское пиво,
А прелестный шустовский коньяк!

 

Вероника Драгун, искусствовед

 
 
Яндекс.Метрика
  Рейтинг@Mail.ru
 
© 2001 — 2016 The World Odessit Club, Odessa, Ukraine
Designed by KRT Web Studio, Odessa, Ukraine |