colontitle

ЧУБЧИК

ДАША БЕЛОУСОВА

Петр Лещенко Петр Лещенко 1942 год. Славная, добрая Одесса переживает период оккупации. Румынская армия, воевавшая на стороне фашистской Германии, чувствует себя в городе довольно свободно. Население принимает непрошенных гостей по разному. Одни сопротивляются изо всех сил: воюют, взрывают... Другие настроены более спокойно. А некоторые, которым советская власть принесла лишь нищету с полной конфискацией, – пытаются вспомнить коммерческие навыки. Очередная попытка частного предпринимательства... Многонациональный свободолюбивый город продолжает жить своей жизнью. Каждый житель Одессы, как и всегда, продолжает переживать о своих близких, родных, любимых…
Весна приходит и во время войны. О, что это? Что это за невозможное видение? По цветущим улицам величаво движется шикарный автомобиль с открытым верхом. На обозрение почтенной публике в авто гордо восседает дивной красоты пара. Причем оба увлечены только друг другом. Да кто это? Как? Вы не узнали? Да, да, вы не ошиблись. Это Петр Лещенко и Вера Белоусова. Потерявшие голову от любви. На минуточку забывшие о горькой войне...
Все смешалось в жизни Петра Лещенко. Уроженец наших краев, житель виноградной Бессарабии, столичная бухарестская штучка... Полмира он объездил с гастролями. А пластинки с его голосом разлетелись по всему большому миру на радость слушателям. Как объяснить врожденную аристократичность Петра Константиновича? Этому не научишься. Или есть – или нет. Малограмотная мама, обладая абсолютным музыкальным слухом, с большим чувством исполняла украинские народные песни. Маленький Петя с раннего детства пел, а иногда выступал и на импровизированных представлениях в родном селе Исаево под Одессой. После переезда в 1909 году семьи в Кишинев (рано ушел из жизни отец, и мама вторично вышла замуж) Петра устроили в церковно-приходское училище. Там он постигал не только азы певческого искусства, но и азбуку сценического движения. Вообще карьера Лещенко выстраивалась неоднозначно. Все никак не удавалось определиться с жанром. Всесторонне одаренный юноша занимался всем сразу. Чего только стоят его лезгинки и арабские танцы с клинками? По воспоминаниям его современников, танцевал он превосходно. Еще бы! Ведь свое мастерство он оттачивал в балетной школе самой Веры Трефиловой (блистала на подмостках Мариинского театра) в самом гламурном городе Европы – Париже. В этой же балетной школе училась красавица Зинаида Закит, рижанка. Так в 1925 году Петр Лещенко познакомился со своей будущей супругой.

Петр Лещенко вместе с супругой Зинаидой Закит.

Выступления танцевального дуэта Лещенко – Закит имело оглушительный успех по всей Европе. Танцы были настолько разножанровыми, что пара могла самостоятельно выступать, в течение часа удерживая внимание публики. Часто в концертах, уже после танцевальных дивертисментов, Петр брал в руки гитару, подаренную отчимом, и с удивительным шармом исполнял цыганские песни и романсы. Тут нужно оговориться, что наполненное смыслом пение появляется чаще всего на основе определенных жизненных испытаний, питающих духовный цветок под названием мудрость. Еще в 1917 году Петр повоевал на Первой мировой. Был ранен. Бурное было время в начале 20 века… Пока Лещенко залечивал раны в госпитале, в Бессарабии сменилась власть. Теперь это была Румыния.

Главным все же оставалось искусство. Со временем Петр Лещенко виртуозно овладел гитарой и даже начал писать собственные довольно приличные песни. Голос у Петра был необыкновенный. Мягкость и глубина его бархатного баритона никого не оставляла равнодушным. Немного в мире певцов, которые не пропевают, а проживают песню. Среди наших мастеров нельзя не вспомнить о таланте Клавдии Шульженко, которая иногда, почти проговаривая песню, доносила всю суть. Или Алла Баянова. Начинала ведь она с Петром Лещенко в 1935 году (в то время дела у Петра Константиновича шли неплохо, он имел свой ресторан в Бухаресте под названием «Лещенко», в котором выступали две его младшие сестры и Алла), только нащупывая свой путь в искусстве пения романса.
Так как же все-таки Петр остановил свое внимание на пении? В 1929 году он вместе с супругой Зинаидой Закит возвратился в Кишинев. Они танцевали в лучших залах города (например отеля «Лондон»). Петь в больших залах Петру Константиновичу было трудновато. При всей самобытной красоте, голос не обладал большой силой, а с микрофонами мир был еще не слишком знаком. В 1931 году пара вынуждена была приостановить танцевальную карьеру. Они ожидали первенца. Петр и Зинаида переехали на родину супруги, в Ригу. Это тоже был счастливый случай. Петру пришлось больше внимания уделять вокальным тонкостям. Но есть еще одна, пожалуй, даже главная составляющая успеха певца. Это хороший репертуар. В Риге Петр Константинович начал сотрудничать с блестящими авторами того времени. Это были Оскар Строк («Черные глаза», «Мое последнее танго», «Спи, мое сердце», «Мусенька, родная») и Марк Марьяновский («Татьяна», «Вино любви», «Марфуша», «Дуня»). Лучшие шлягеры 30-40-х годов были написаны ими, а исполнены Петром Лещенко. Когда он открыл для себя возможность звукозаписи, его известность стала набирать обороты. Он записывался на лучших студиях мира: «Коламбия», «Парлофон», «Беллакорд», «Электрекорд» и др. Его называли «грамофонным певцом», но это его не обижало.
Петр Лещенко …Когда в Бухаресте в его ресторан стали захаживать немецкие офицеры, он как бы не придавал значения. А когда его направили с концертами в оккупированную Одессу, воспринял это как профессиональную обязанность. Пел в ресторане «Северный» на румынском и русском языках.
Здесь я делаю лирическое отступление, т.к. с этого момента жизнь Петра Константиновича переплелась с огромным генеалогическим древом моей семьи. Моя бабушка, Ольга Наркизовна Белоусова, является двоюродной сестрой Веры Георгиевны Белоусовой. Когда Вера Георгиевна приезжала из Москвы в родной город, они встречались и подолгу вспоминали молодость. В нашей семье одно время не разрешкали упоминать на людях о родстве с Лещенко, т.к. его творчество аж до 80-х годов считалось запрещенным. Хотя понятно было, что многие его слушали невзирая на табу. «Чубчик» знали все. А подлинно о знакомстве Петра и Веры я узнала от дедушки моей близкой подруги Владимира Вотрина. Он всю жизнь исполнял партию ударных инструментов в оркестре Одесского оперного (вы могли его запомнить в эпизодической роли в фильме «Любимая женщина механика Гаврилова». Он там играл самого себя).
Так вот, со слов Владимира Вотрина:
«Вера замечательно играла на аккордеоне. Аккомпанировала себе, исполняя всякие песенки. Училась она тогда в консерватории. Половина консерватории была влюблена по уши в темпераментную девятнадцатилетнюю брюнетку. И вот в городе появляется Петька. При первой же встрече между ними, по-моему, пробежала молния и грянул гром. Сначала Петька попросил меня познакомить его с красавицей черненькой. Затем и Вера обратилась ко мне с аналогичной просьбой. И все это почти одновременно. Их так потянуло друг к другу, что никакая сила уже не могла их удержать...»
А потом пришлось вновь бежать в Румынию. Петра Лещенко арестовали вместе с молодой женой. Ей дали 25 лет, но она сидела недолго. Он погиб в 1954 году в тюрьме в Бухаресте.
Это была самая настоящая любовь, которую Вера Георгиевна хранила в своем сердце долгие годы.
В этом году – 110 лет со дня рождения Лещенко. Вспомнит ли кто? Вот зашла в магазин «Диски та Касети» – а и нет там такого исполнителя...

Даша Белоусова
Журнал «Фаворит»